Основные темы сайта:
Главная » Душеполезное чтение » История России » Политика, экономика и общество

Великий Государь Император Александр ( III )

Великий князь - начало пути


Второй сын Императора Александра II,великий Князь Александр родился 26 февраля 1845 года. Десять лет было ему, когда скончался его крестный отец, Император Николай I, с которым идейно имел он много общего. Воспитателем Великого Князя Александра с 1849 года был генерал-адъютант Н.В.Зиновьев, бывший директор Пажеского корпуса, которого историк В.В. Назаревский именует "честнейшим и благороднейшим человеком русского зеркала", окружившего "своего питомца простой, задушевной русской атмосферой". С 1860 года воспитанием его ведал даровитый и благородный генерал-адъютант граф Б.А.Перовский, имея помощником профессора Московского университета, доктора исторических наук, политической экономии и статистики А.И.Чивилева.

            Узы близкой дружбы соединяли его с Наследником Цесаревичем Николаем Александровичем. "Если старший брат восполнял в младшем познания по тем предметам, каких тот еще не изучал, то, в свою очередь, влиял на брата и Александр Александрович своими меткими, практическими суждениями, сдерживающими мечтательные увлечения, а в особенности своею поразительною искренностью, твердой, прямой и кристальной, как выражался Цесаревич, честностью своего характера, - пишет Назаревский.- Оба брата имели и общих наставников: не только законоучителей Бажанова и Рождественского, но и преподавателей по другим предметам. Так, М.И.Драгомиров преподавал обоим военную историю и тактику, К.П.Победоносцев – законоведение, С.М.Соловьев – русскую историю. Своим преподаванием они придали образованию Александра Александровича русский, национальный характер". Влияние же на своего ученика К.П.Победоносцева было так велико, что он в его царствование имел большое значение в государственных делах. Высоко ценил Великий Князь своего профессора отечественной истории. Когда в 1879 году С.М. Соловьев скончался, Цесаревич писал его вдове, что "делит со всеми русскими людьми скорбь об этой невозвратимой потере и чтит в нем не только ученого и талантливого писателя, но и человека добра и чести, верного сына России, горячо принимавшего к сердцу и в прошедших и будущих судьбах ее все, что относится к ее славе, верно хранившего в душе своей святую веру и преданность Церкви как драгоценнейший залог блага народного".

            Этими чувствами любви к историческому прошлому России и преданностью Церкви преисполнен был с юных лет Император Александр III.

            Последнее в особенности унаследовал он от матери. Императрица Мария Александровна заложила в нем истинные религиозные и нравственные основы.

            В письмах к Лажечникову Великий Князь Александр Александрович указывал важное значение исторических романов: "Мне приятно заявить, что "Последний Новик", "Ледяной дом" и "Басурман", вместе с романами Загоскина ("Юрий Милославский" и другие), были в первые годы молодости моим любимым чтением и возбуждали во мне ощущения, о которых я теперь с удовольствием вспоминаю. Я всегда был того мнения, что писатель, оживляющий историю своего народа поэтическим представлением ее событий и деятелей в духе любви к родному краю, способствует оживлению народного самосознания и оказывает немаловажную услугу не только литературе, но и целому обществу".

            Тяжелое горе пережил Великий Князь Александр в 1865 году: 12 апреля в Ницце скончался от туберкулеза любимый брат – Наследник Цесаревич Николай, еще сильнее и нежнее любивший его. Ф.А. Оом сопровождал Николая Александровича в 1863 году в его поездке по России, закончившейся прибытием в Ливадию, где находился Император Александр II. Двинулись оттуда в Петербург. Оом пишет в своих воспоминаниях: "Все были рады возвратиться домой, а Цесаревича влекло к брату. Он неоднократно повторял, что соскучился по Саше". Незадолго до смертельной своей болезни он говорил профессору Б.Н.Чичерину: "У брата Александра хрустальная душа". В Ницце сказал он Ф.А. Оому: "За брата Сашу я не боюсь! Это душа чистая и прозрачная, как кристалл".

            Назаревский описывает последние минуты Великого князя Николая Александровича: "У постели стояли в ногах царственные отец и мать. За одну руку держал его Александр Александрович – за другую невеста умиравшего юная принцесса Дагмара, дочь Датского короля. Прощаясь со всеми, он сказал брату: "Оставляю тебе тяжелые обязанности, славный трон, отца, мать и невесту, которая облегчит тебе это бремя", - и, как бы благословляя юную чету, вложил в руку брата руку своей невесты и завещал ей любить его чистую и правдивую душу".

            Великий Князь Александр позднее так вспоминал об этих часах в письме: "Вы можете себе представить, с каким чувством я снова приезжал в Ниццу, которая вся своим великолепным воздухом, морем, климатом напоминает мне самую тяжелую минуту моей жизни. Приехать простым Великим Князем  и уехать Наследником тяжело, и в особенности, лишившись лучшего друга и любимейшего брата! Но что же делать – это воля Божия, и недаром мы ежедневно повторяем: "Да будет воля Твоя"".

            Великий Князь Александр Александрович помолвлен был с бывшей невестой брата принцессой Софией Фредерикой Дагмарой, дочерью Датского короля Христиана IX и королевы Луизы. Она присоединена была к Православию с наречениемИмператрица Мария Федоровна.Петербург.1881г. Марией. При замужестве она была наименована Великой Княгиней Марией Феодоровной. Бракосочетание их Высочеств состоялось 28 октября 1866 года. Старец митрополит Филарет Московский писал новобрачным: "Да будет супружеский союз полон чистой и совершенной любви, да будет счастие семейной жизни вашей облегчением подвигов вашей царственной жизни". Наследник отвечал владыке: "Да будут услышаны Всемогущим эти молитвы старейшего и достойнейшего иерарха Русской Церкви, да будет нам дано споспешествовать благоденствию благочестивейших родителей наших и заботам чадолюбивого нашего отца и монарха о горячо любимой России…" Молодые поселились в Аничковом дворце, в котором до воцарения жил и Император Николай I. Он заносил в свой дневник: "Если меня спросят, в каком уголке мира прячется истинной счастье, я отвечу: в Аничковом дворце". Про его внука и крестника Назаревский правильно пишет: "Молодые поселились в Аничковом дворце, который в течение двадцати восьми лет давал России образцовый пример идеальной доброй семейной жизни".

            Наследник Цесаревич участвовал в заседаниях Государственного совета и принимал участие в работах Комитета министров. Будучи атаманом Казачьих войск, командиром Гвардейского корпуса, он хорошо был знаком с военным делом. Признавал он важной значение флота. Когда из-за угроз со стороны Англии потребовалось в 1878 году создание вспомогательной морской силы, Великий Князь Александр был поставлен Императором во главе комитета по сбору пожертвований на "Добровольный флот". В скором времени комитет смог соорудить несколько быстроходных океанских пароходов типа вспомогательных крейсеров, в мирное время использованных для коммерческих целей, в особенности для связи с Дальним Востоком. С развитием миссионерского делания, которое так дорого было императрице Марии Александровне, суда эти доставляли все увеличивающееся число паломников из Одессы в Святую Землю. Ближайшим помощником Цесаревича, ведавшего "Добровольным флотом", был К.П.Победоносцев.

            С 1867 года он стал председателем Императорского Исторического общества, устроил ему доступ в важнейшие русские и иностранные архивы и не только председательствовал в его собраниях, но и часто направлял его деятельность. Общество было основано, "чтобы положить конец тем непристойным нападкам, коим в отечественной и заграничной прессе подвергалась история России…" Обществом предпринято было издание замечательного "Биографического словаря русских исторических деятелей". Состоял он членом Московского археологического общества и давал ему средства на производство раскопок и издание трудов. Москва ему обязана созданием основанного в 1873 году Исторического музея, почетным председателем которого он был до своей кончины. До 1881 года музей носил имя Наследника Цесаревича, затем именовался Императорским Российским Историческим Музеем. После себя Государь оставил многоценные иконографические и нумизматические коллекции.

            В 1868 году великокняжеская чета совершила путешествие по Волге, Дону, Крыму и ряду областей. Назаревский пишет: "Сильное впечатление на народ производило усердие  Высоких путешественников к храмам Божиим и их внимание к памятникам родной старины и к самой жизни народа. Оставляя свой пароход, они пешком или в простом тарантасе отправлялись в соседние села, где их совсем не ожидали, чтобы поближе посмотреть, как живет наш народ, и познакомиться с их нуждами. Их Высочества заходили в крестьянские избы, в дома сельского духовенства, в приходские школы…"

            В русско-турецкую войну 1877-1878 годов Наследник Цесаревич командовал особым Рущукским отрядом, которому поставлено было трудное задание защищать левый фланг нашей армии. Прорвать его стремились видные турецкие полководцы Мегмет-Али и Сулейман-паша, имевшие численное превосходство. Одержав 24 августа 1877 года победу под Аблавой, но имея перед своим фронтом превосходящие его силы Мегмет-Али, Великий Князь Александр Александрович умелым отступлением без непосредственного напора противника разрушил его план. "Это сосредоточение войск Рущукского отряда после Аблавского боя,- пишет Назаревский,- знаменитый фельдмаршал Мольтке считал одною из лучших стратегических операций XIX века". Начальником штаба отряда был генерал-лейтенант П.С. Ванновский, в царствование Императора Александра III военный министр.

            На полях сражений Цесаревич, как и в мирной жизни, полагался на промысел Божий. В одном из писем с фронта он писал Цесаревне: "Во всем, что делается на земле, есть воля Божия, а Господь, вне сомнения, ведет судьбы народов к лучшему, если они, конечно, не заслуживают полного Его гнева. Поэтому да будет воля Господня над Россией, и что ей следует исполнять и что делать, будет указано Самим Господом. Аминь".

            В течение турецкой компании у Цесаревича иногда возникали разногласия с главнокомандующим Великим Князем Николаем Николаевичем и его штабом. Отражением их было появление в 1878 году в журнале "Nouvelle Revue" статей, касавшихся этой войны. Исходили они от Великого Князя Николая Николаевича. Цесаревич резко отозвался о статьях в письме к графу М.Т.Лорис-Меликову. Позднее, 3 августа, он писал ему из Гапсаля: "Мне Государь писал, что по поводу статей в "Novelle Revue" он имел весьма неприятное и тяжелое объяснение с Николаем Николаевичем и что при этом он высказал ему всю правду, так что Государь прибавляет в письме: "Не знаю, что он сделает теперь, но если будет проситься уйти, я его не удержу". Значит, Государь очень недоволен поведением своего брата, и я могу откровенно Вам признаться, что я очень рад, что наконец Государь энергично начал действовать с семейством, а то они позволяют себе все и безнаказанно. Теперь бы и старшему брату Государя (Константину. -Н.Т.) при удобном случае тоже дать хорошего нагоняя". Император Александр в строгости держал "семейство", ослабление коей привело бы к плачевным последствиям в следующее царствование.

            Командование Великим Князем Александром Александровичем на фронте дало ему полную возможность близко ознакомиться с офицерами и солдатами, составить впечатление о старших начальниках и выяснить, что в военном ведомстве требует улучшения. Опыт этот оказался ему очень полезным, когда он стал Императором.

            Цесаревич благодаря тем большим и разнообразным связям, которые имел Победоносцев, получал возможность внимать живым голосам из глубин России. Назидательны были, например, письма С.А.Рачинского, профессора ботаники в Московском университете, в молодых годах покинувшего его, чтобы учительствовать в своем родном имении, в селе Татиеве Бельского уезда Смоленской губернии, подготовлявшего учителей из народа, много сделавшего для развития церковно-приходских школ. Прочтя одно из таких писем, Великий Князь писал 10 марта 1880 года: "Искренно благодарю Вас, любезный Константин Петрович, за присланные письма. Действительно отрадно  читать их. Как завидуешь людям, которые могут жить в глуши и приносить истинную пользу и быть далеко от всех мерзостей городской жизни, и в особенности петербургской. Я уверен, что на Руси немало подобных людей, но о них не слышим, и работают они в глуши тихо, без фраз и хвастовства".

            По совету Победоносцева, Цесаревич ближе знакомиться с трудами Достоевского, Мельникова-Печерского, принимал приехавшего в первый раз в 1875 году в Россию угрорусса Добрянского. Цесаревичу Победоносцев охарактеризовал его как "главного представителя своего народа и защитника языка и православно веры от ужасных притеснителей католического мадьярского правительства". Они оба ценили славянофилов Ю.Ф. Самарина и И.С.Аксакова, скорбя об их кончинах.  


Вступление на Царство



 Тяжело переживал он частые покушения на жизнь Императора Александра II и считал недостаточной борьбу властей с революционным движением. Произошло злодеяние 1 марта 1881 года. "Страшно было его вступление на царство. Он воссел на престол отцов своих, орошенный слезами, поникнув головою посреди ужаса народного, посреди шипящей злобы и крамолы…" – писал Победоносцев после мучительной кончины Императора Александра II.

            В день цареубийства Победоносцев писал воцарившемуся Императору Александру III: "Бог велел нам переживать нынешний страшный день. Точно кара Божия обрушилась на несчастную Россию. Хотелось бы скрыть свое лицо, уйти под землю, чтобы не видеть, не чувствовать, не испытывать. Боже, помилуй нас. Но для Вас этот день еще страшнее, и, думая о Вас в эти минуты, что кровав порог, через который Богу угодно было провести Вас в новую судьбу Вашу, вся душа моя трепещет за Вас страхом неизвестного грядущего на Вас и на Россию, страхом великого несказанного бремени, которое на Вас положено. Любя Вас как человека, хотелось бы, как человека, спасти Вас от тяготы в привольную жизнь; но нет на то силы человеческой, ибо так благоволил Бог. Его была святая воля, чтобы Вы для этой цели родились на свет и чтоб брат Ваш возлюбленный, отходя к нему, указал Вам на земле свое место". Победоносцев призывал Государя "править крепкою рукою и твердой волей". "Вам достается Россия смятенная, расшатанная, сбитая с толку, жаждущая, чтобы ее повели твердою рукою, чтобы правящая власть видела ясно и знала твердо, чего она хочет и чего не хочет и не допустит никак…"

            Император III ему тотчас же ответил: "От всей души благодарю Вас за Ваше душевное письмо. Молюсь и на одного Бога надеюсь. Он не оставит нас и нашу дорогую Россию".

            6 марта верный слуга царев снова писал ему: "Ваше Императорское Величество, измучила меня тревога. Сам не смею явиться к Вам, чтобы не беспокоить, ибо Вы стали на великую высоту. Не знаю ничего: кого Вы видите, с кем говорите, кого слушаете, какое решение у Вас на мысли. О, как бы я успокоился, когда бы знал, что решение Ваше принято и воля Вашего Величества определена. И я решаюсь опять писать, потому что страшно и время не терпит. Если будут Вам петь прежние песни сирены о том, что надо успокоиться, надо продолжать в либеральном направлении, надобно уступать так называемому общественному мнению, - о, ради Бога, не верьте, Ваше Величество, не слушайте. Это будет гибель, гибель России и Вас. Это ясно для меня как день. Безопасность Ваша этим не оградится, а еще уменьшиться. Безумные злодеи, погубившие родителя Вашего, не удовлетворятся никакой уступкой и только рассвирепеют. Их можно унять, злое семя можно вырвать только борьбою с ними на живот и на смерть, железом и кровью. Победить не трудно: до сих пор все хотели избегнуть борьбы и обманывали покойного Государя, Вас, самих себя, всех и все на свете, потому что то были не люди разума, силы и сердца, а дряблые евнухи и фокусники. Нет, Ваше Величество, - один только есть верный прямой путь встать на ноги и начинать, не засыпая ни на минуту, борьбу самую святую, какая только бывала в России. Весь народ ждет властного на это решения, и как только почувствует державную волю, все поднимется, все  оживиться и в воздухе посвежеет".

Семья Александра III. Справа налево: Георгий,Ксения,Николай, Мария Федоровна, Михаил,Ольга            В этот день получил он записку Государя: "Благодарю от всей души за душевное письмо, которое я вполне разделяю. Зайдите ко мне завтра в 3 часа, я с радостью поговорю с Вами. На Бога вся моя надежда. А.".

            Вдумчиво и осторожно разбирался Император Александр III в создавшемся после убийства Царя-Освободителя "бесами" тяжелом положении. Созвал он на совещание министров. Среди них были два течения. Большинство с графом Лорис-Меликовым, стояло за изменение государственного строя, на что соглашался покойный царь, меньшинство, представленное Победоносцевым,- за сохранение исконного самодержавия. К такому же мнению все сильнее склонялся и Государь. 3 апреля посол в Берлине П.А. Сабуров доносил, что в тамошних правящих кругах находили необходимыми строгие меры против нигилистов и считают, что прежде чем думать о расширении реформ, верховной власти надо восстановить свой престиж. На докладе Государь положил свою резолюцию: "Совершенно справедливо и верно". В начале же донесения написал на его полях: "Это до того верно и справедливо, что, дай Бог, чтобы всякий русский, а в особенности министры наши, поняли наше положение, как его понимает князь Бисмарк, и не задавались бы несбыточными фантазиями и паршивым либерализмом".

            Государю в наследство достался проект министра внутренних дел графа М.Т. Лорис-Меликова о создании особой редакционной комиссии, в которой, наряду с должностными лицами, участвовали бы и представители земств. Покойный Император Александр II вполне сочувствовал этому проекту, рассмотренному 17 февраля. 8 марта проект подвергнут был рассмотрению в особом заседании под предводительством Императора Александра III. Участвовали министры и несколько высших чинов империи. Против проекта определенно высказался граф С.Г. Строганов, закончивший свое выступление словами: "Путь этот ведет прямо к конституции, которой я не желаю ни для Вас, ни для России". Государь произнес: "Я тоже опасаюсь, что это первый шаг к конституции". Поддерживали проект министры, за исключением морского – Посьета, почт и телеграфа – Макова. Условно высказались Великие Князья Константин Николаевич,  Владимир Александрович и принц Петр Георгиевич Ольденбургский. С большой убежденностью и твердостью выступил против Победоносцев. Государственный секретарь Е.А. Перетц, подробно записавший все происходившее на заседании, пишет, что Великий Князь Константин, довольный Великим Князем Владимиром, после заседания поцеловал и перекрестил его. Из приводимого ниже письма Государя видно, что Великий Князь Владимир в ближайшие недели стал мыслить иначе. 16 марта Перетц отмечает, что граф Лори и А.А. Абаза перестали подавать руки Макову и Победоносцеву и почти не говорят  с ними, что сочувствия Перетца не вызвало.

            Назаревский приводит изложение самим Победоносцевым этих событий в письмах, помещенных в журнале "Русский архив". По словам Победоносцева, "у Лорис-Меликова были замыслы облагодетельствовать Россию конституцией или началом ее посредством вызова депутатов со всей России". По этому поводу происходили в феврале совещания у Императора Александра II. "2 марта было назначено быть у Государя совету министров для окончательного решения, а между тем Лорис-Меликов уже заготовил торжественную публикацию об этом, которая должна появиться в "Правительственном вестнике" 5-го числа. И вдруг – катастрофа… Журналы со 2 марта начали по поводу цареубийства требовать конституции. Лорис-Меликов послал просить их, чтобы помолчали только пятнадцать дней. И вот нас собрали в совете министров к Государю в воскресенье, в 2 часа пополудни. Пригласили меня, старика С.Г.Строганова, Великих Князей. Государь, объявив, в чем дело, прибавил, что оно еще не решено покойным, что оно сомнительно и что просит всех говорить не стесняясь. Лорис-Меликов стал читать протокол и проект объявления, заготовленный уже от имени нового Государя, который считает якобы священным долгом завет отца своего. И представьте, что они имели бесстыдство в этом объявлении теперь оставить все те же мотивы, которые были помещены в прежнем: что повсюду водворено-де спокойствие, крамола подавлена, ссыльные возвращены и прочее. Нет времени описывать все подробно. Первым высказался против Строганов – кратко, но энергически. Затем Валуев, Абаза, Милютин сказали напыщенные отвратительные речи о том, что вся Россия ждет этого благодеяния. Милютин при этом обмолвился о народе, как о неразумной массе. Валуев вместо слова "народ" употребил "народы". Говорили дальше Набоков, Сабуров и прочие. Только Посьет и Маков высказались против. Н когда обратились ко мне, я не мог уже сдерживать волнение негодования. Объяснив всю фальш учреждения, я сказал, что стыд и позор покрывают лицо, когда понимаешь, в какие минуты мы об этом рассуждаем, когда еще лежит не погребенным труп нашего Государя. А кто виновен в этом? Кровь его на нас и на чадах наших. Мы все повинны в его смерти. Что мы делали все это время и в его царствование? Мы говорили, говорили, слушали себя и друг друга – и всякое из его учреждений превратилось у нас под руками в ложь, и дарованная им свобода стала ложью. А в последние годы, в годы взрывов и мин, что мы делали, чтобы охранить его? Мы говорили - и только. Все чувство наше должно было сосредоточиться в страхе, как бы не убили его, а мы напустили себе в душу столько подлых, низких страхов и стали трепетать общественного мнения, то есть мнения презрительных журналистов и того, что скажет Европа? А ее-то знали по журналам. 

            Вы можете себе представить, каким громом упали мои слова. Соседи мои – Абаза и Лорис-Меликов – едва сдерживали свою ярость на меня. Абаза ответил очень резко: "Из того-де, что сказал обер-прокурор Синода, следует, что все, что сделано в минувшее царствование, никуда не годиться – и освобождение крестьян, и прочее, и нам после этого остается только просить об увольнении". Государь, который на словах моих "кровь его на нас" прервал меня восклицанием: "Это правда!" – поддержал меня, сказавши, что подлинно все виноваты и что из этих всех он не исключает и себя. Говорили и еще… Слышалось жалкое слово, что надобно же что-нибудь сделать, а это "что-нибудь" значило "учреждение" (конституция).

            Государь решил, что дело это слишком сложное, чтоб решить его теперь: надобно еще рассмотреть подробно в особой комиссии, а потом в Кабинете министров, но только с тем, чтобы учреждение это не имело политического характера…" Вопрос этот рассматривался и 21 апреля на совещании министров под председательством царя. 

            21 апреля Государь писал Победоносцеву из Гатчины: "Сегодняшнее наше совещание сделало на меня грустное впечатление. Лорис, Милютин и Абаза положительно продолжают ту же политику и хотят нас так или иначе довести до представительного правительства, но пока я не буду убежден, что для счастья России это необходимо, конечно, этого не будет, я не допущу. Вряд ли, впрочем, я когда-нибудь убеждусь в пользе подобной меры,- слишком я уверен в ее вреде. Странно слушать умных людей, которые могут серьезно говорить о представительном начале в России, точно заученная фраза, вычитанная ими из нашей паршивой журналистики или бюрократического либерализма. Более и более убеждаюсь, что добра от этих министров я ждать не могу! Дай Бог, чтобы я ошибался! Не искренни их слова, не правдой дышат, Вы могли слышать, что Владимир, мой брат, правильно смотрит на вещи и совершенно, как я, не допускает выборного начала. Трудно и тяжело вести дело с подобными министрами, которые сами себя обманывают!…"

            29 апреля 1881 года раздалось царское решающее слово в манифесте, в котором говорилось: "Глас Божий повелевает нам стать бодро на дело правления, в уповании на Божественный промысел, с верою в силу и истину самодержавной власти, которую мы призваны утверждать и охранять для блага народного от всяких на нее покушений. Да ободрятся же пораженные смущением и ужасом сердца верных наших подданных, всех любящих Отечество и преданных из рода в род наследственной царской власти. Под сенью ее и в неразрывном с нею союзе земля наша переживала не раз великие смуты и приходила в силу и славу посреди тяжких испытаний и бедствий, с верою в Бога, устрояющего судьбы ее. Посвящая себя великому нашему служению, мы призываем всех верных подданных наших служить нам и государству верой и правдой к искоренению крамолы, позорящей Русскую землю, к утверждению веры и нравственности, к доброму воспитанию детей, к истреблению неправды и хищения, к водворению правды в действии учреждений, дарованных России благодетелем ее – возлюбленным нашим родителем".

            "И вот тьма смуты, прорезанная ярким, как молния, светом царского слова, стала быстро рассеиваться, - пишет Назаревский. – Крамола, казавшаяся неодолимой, таяла как воск перед лицом огня, исчезала, как дым под крылами ветра. Смута в умах стала быстро сменяться русским здравомыслием, распущенность и своеволие уступили место порядку и дисциплине. Вольномыслие уже не попирало Православие как некое ультрамонтанство и нашу родную Церковь как клерикализм. Авторитет бесспорной и наследственной национальной верховной власти стал опять на свою историческую традиционную высоту".

            Но нелегко было самодержцу нести на пользу России это трудное бремя. 31 декабря 1881 года Государь в ответном письме Победоносцеву писал: "Благодарю Вас, любезнейший Константин Петрович, за Ваше доброе письмо и все Ваши желания. Ужасный, страшный год приходит к концу, начинается новый, а что ожидает нас впереди? Так отчаянно тяжело бывает по временам, что если бы я не верил в Бога и Его неограниченную милость, конечно, не оставалось бы ничего другого, как пустить себе пулю в лоб. Но я не малодушен, а главное – верю в Бога и верю, что настанут, наконец, счастливые дни для нашей дорогой России. Часто, очень часто вспоминаю я слова святого Евангелия: "Да не смущается сердце ваше, веруйте в Бога и в Мя веруйте". Эти могучие слова действуют на меня благотворно. С полным упованием на милость Божию кончаю это письмо: "Да будет воля Твоя, Господи"."




Источник: http://dinastya.narod.ru/page_2.htm
Категория: Политика, экономика и общество | Добавил: Vladimir (29 Сен 2009)
Просмотров: 4888 | Рейтинг: 5.0/1
Поделиться:
Всего комментариев: 0
avatar
В соц. сетях
Почта
Логин:
Пароль:

(что это)
Мини-чат
Поделиться в соц. сетях:




Сайт работает благодаря вашим пожертвованиям.

Форма для пожертвования:
Рассылки Subscribe.Ru
Лента "Душеполезное чтение"

Наши друзья

Общество друзей милосердия InetLog.ru
Besucherzahler femmes russes a marier
счетчик посещений
Яндекс.Метрика