Главная » Душеполезное чтение » Праздники. Имена » Преподобные

Преподобная Александра, первоначальница Дивеевской

Начало

Больная решилась разбудить мать свою, но та и сама слышала разговор, а потому спросила ее с кем она говорила и, услыхав от дочери, что незнакомая женщина приходила сказать ей, чтобы обратилась она к отцу Серафиму, который поможет ей, приняла это равнодушно и, сказав: "Ну, когда тебе будет получше, то можешь съездить",- заснула. Больная же вновь видит перед собою ту же старушку, которая кротко, но с упреком напоминает ей ехать скорее, потому что отец Серафим ждет ее. "Да кто же ты-то такая и откуда?"- обратилась к ней недугующая. "Я из Дивеевской общины,- ответила старушка,- первая тамошняя настоятельница Агафия! спеши же скорее". Сказав это, она исчезла. На этот раз, разбудив мать, Александра (имя больной) убедила ее сходить к управляющему выпросить лошади в Саров, на что тот согласился, рассказав между прочим, что и сам видел отца Серафима во сне, будто он трудился над какою-то больною женщиною, держа над нею свое медное Распятие, после чего женщина та пошла здоровою.

Еще дорогой в Саров оглохшая от болезни Александра впервые услышала Саровский звон и, к удивлению и радости матери, сказала: "Чу? маменька, к обедне благовестят!". А приехав туда и узнав, что старец, затворившись в келий, никого к себе не пускает, мать и дочь попросили одного добраго монаха проводить их к нему, и тот, исполнив просьбу их, сквозь толпу введя их в сени келий, подошел уже к двери, дабы доложить о них, как вдруг, к удивлению всех, преподобный Серафим сам предварил его, выйдя на порог со словами: "Веди сюда скорее скорбящую Александру!" Когда их ввели, то больная бросилась к ногам его, и старец, накрыв ее епитрахилью и прочтя над нею молитву, взял ее обеими руками за голову и несколько приподнял от полу, отчего она почувствовала, что как бы шуба свалилась с нея, и ей стало хорошо и легко. Преподобный Серафим дав ей святой воды и антидора, велел приложиться к кресту, который у него был на груди, и к стоявшей на столе иконе Умиления Божией Матери и сказал: "Вот твоя Заступница - Она ходатайствовала о тебе пред Богом!" Чувствуя себя совершенно здоровою, Александра скорбела мысленно о том, что нечем ей отблагодарить старца, но он, прозрев мысль ея сказал ей: "Мне ничего не нужно,- только молись Богу. А если есть у тебя желание дать мне что-нибудь, то напряди мне в три дня, в три среды, немного ниточек, и ссучи их в три пятка, воздерживаясь в эти шесть дней от пищи, пития и разговоров, да еще читай при каждом начатии дела три раза молитву Господню, а молитву Богородице читай непрестанно во все шесть дней".

Во все последующее время болящая была совершенно здорова и родила еще четырех сыновей и пять дочерей.

Другой замечательный случай описан следующим образом. Один купец Костромской губернии, Павел Михайлович Иконописцев, в продолжение долгого времени каждый год в определенный день приезжал в Серафимо-Дивеевский монастырь. В одно из своих посещений он передал сестре, Анне Захаровой (потом матери Ревекке), следующий рассказ, записанный с его слов:

В первый раз, когда ехал он со своим приказчиком из Сарова домой, по дороге остановились они и в Дивееве. Отстояв вечерню, они собрались ехать в дальнейший путь. Сестра обители, бывшая в то время в гостинице, Агафия Иларионова, уговаривала их остаться на ночь, частью за тем, чтобы утром осмотреть находящиеся в обители вещи преподобного Серафима, и еще потому, что скоро наступит вечер, и ночь их захватит в дороге. Но уговоры сестры не подействовали, и думая, что довольно поклониться на могиле преподобного Серафима в Сарове и не для чего уже останавливаться в Дивееве, они поехали в свой путь. "Не отъехали мы и версты от Дивеева,- рассказывал Иконописцев, как вдруг накрыла нас непроглядной темноты туча, так что даже от снега не светлело и не белело. Поднялся буран такой страшный, что хотя мы ехали и по большой дороге, но совершенно потеряли всякий след до того, что лошади наконец стали, а ямщик объявил прямо, что не знает, куда ехать, да и не может пособить ничем, так как чувствует, что совершенно коченеет. Холод был сильный и, пронизывая нас все сильнее и сильнее, довел наконец до того состояния, в котором, сознавая, что уже неоткуда получить помощи, и видя смерть перед глазами, чувствуешь, что цепенеешь, не имея ни возможности, ни сил противиться этому ужасному сковыванию. И каких угодников мы не призывали, я, приказчик мой и кучер! - Нет помощи, нет ниоткуда, а мы все более цепенеем. "Эх, братцы,- сказал я, как бы очнувшись,- и мы-то хороши: были на поклонении отцу Серафиму, а его помощи и не просим. Давайте, попросим его!" Они послушали меня и все трое, собрав последний остаток сил, стали на колени и усердно стали молиться Богу и просить помощи отца Серафима, чтобы не умереть нам без покаяния. Не успели мы окончить своей молитвы, как вдруг слышим - возле нас шоркает кто-то по снегу и говорит: "Эй вы! что это где засели? ну-ка вот ступайте за нами,- мы вас выведем на дорогу!" Глядим, а мимо нас старенький старичок со старушкой - салазки везут, и большой след от салазок. Поехали мы по следу,- чудно да и только: след виден, голоса покрикивают: "Сюда, сюда, за нами!"-и видно-то нам их, а захотим догнать и лошадей пустим,- никак не догоним,- диво да и только: целая тройка, а простых салазочек не догоним! Так вот мы по следу-то все ехали, да ехали и вдруг как точно упали в какой-то овраг и застряли: ну думаю,- беда! а голоса-то и кричат: "Не бойтесь, не бойтесь ничего, ступайте за нами!" Действительно, преблагополучно выехали мы из оврага и снова поехали по следу, как вдруг показались огни, след и салазки, и старичок со старушкой пропали, а мы, выехав на огонь, очутились в Елизарьеве селе, всю ночь проплутав. Трудно выразить, как все это чудно совершилось и как диковинно мы выбрались по салазочному следу. Так что этот старичок и старушка с салазочками,- добавил рассказчик,- были отец Серафим и матушка Александра. Вот почему я и дал обещание каждогодно в это время быть в Дивееве,- и бываю!"

В "Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря" содержатся еще некоторые случаи чудесной помощи Матушки Александры. Так в 1861 году сельский священник Вятской губернии Гавриил Галицкий письменно засвидетельствовал следующее:

"В 1861 году, а августе месяце, я вследствие простуды, а всего более вследствие грехов моих, был поражен тяжкою тифозною горячкою. Живя в уездном городе у своего двоюродного брата чиновника земского суда, я лечился, но от лекарств мне нисколько не было легче. Час от часу болезнь моя становилась сильнее, так что я отчаялся в своем выздоровлении; нельзя было мне вследствие рвоты принимать никакого лекарства. В одну из бессонных ночей я стал прощаться со своей женой, потому что чувствовал приближение своей смерти, но жена напомнила мне о необходимости очистить свою совесть покаянием и приобщиться Святых Тайн. Мучимый унынием и тоской, я велел пока (было 12 часов ночи) дать мне какую-либо книгу, в надежде, что от чтения пройдет скука. Жена подала мне житие пустынника Саровского иеромонаха Серафима. Почитав эту книгу, я тотчас решил исповедоваться и послал за местным протоиереем.

Дня через четыре после причастия я отправился в город Вятку для лечения, куда прибыл в 8 часов вечера. Это было в первых числах сентября месяца. Утром на другой день, в 7 часов, приходит на мою квартиру старушка и предлагает мне купить портрет отца Серафима Саровского. Я взял у нее два портрета. Уходя от меня, старушка сказала мне: "Батюшка, когда придет время, не забудь Агафии!" Считая оба эти случая за указание Божие, я обратился с молитвою к угоднику Божию Серафиму и дал обещание побывать в Саровской пустыни и отслужить панихиду на могиле отца Серафима.

С тех пор мне стало легче, и через неделю лекарь позволил даже выехать в город. Но затем я стал раскаиваться, в данном обещании и болезнь моя снова усилилась, так что приглашенные врачи отказались лечить. Последний из них, сказал мне: "Батюшка, ездить к тебе я буду, но вылечить тебя не даю слова; ищите врача духовного". Тогда я снова дал твердое обещание непременно быть в Саровской пустыни. И действительно, я молитвами преподобнаго отца Серафима исцелился от болезни и здоров до настоящего времени.

Будучи в Саровской пустыни, я купил книгу жития старца Серафима, издание 1863 года, и, читая оную, узнал, что первая настоятельница Дивеевской обители была Агафия. Тогда я вспомнил последние слова старушки, у которой купил портреты отца Серафима, и стал молиться за нее Господу, понимая, что она, матушка, близка к Господу".

По просьбе Феодота Никитича Сергеева, священник Дивеевского монастыря II. В. Яхонтов в присутствии игумений Марии и многих других лиц записал за ним в 1884 году 26 мая следующее:

"Я, отставной поручик морской службы Ф. Н. Сергеев, получил исцеление от первоначальницы матери Александры таким образом: 21-го декабря 1879 года со мною сделался сильный удар, так что я пришел в совершенно бессознательное состояние, был без движения и памяти. Призванный и пользовавший меня доктор г. Сердобска А. Н. Черногубов прямо объявил моим домашним, что моей жизни осталось всего часа на два. Жена постаралась, по возможности, приготовить меня к переходу в иную лучшую жизнь, но после причастия Святых Христовых Таин вдруг совершенно сознательно представилось мне, что я нахожусь в Сарове, где никогда не бывал прежде, и, обходя святые ворота и церкви, кладу везде по три земных поклона.

Дойдя до келий отца Серафима и не видя никого в ней, я приложился к его портрету, поклонился трижды в землю и пошел на его источник. Приблизясь к его источнику, увидел я живого батюшку Серафима наклоненным над ним и глядевшим в воду. Ходил я за батюшкой кругом источника и на каждой стороне сруба делал по три поклона, а затем отец Серафим ушел по направлению в ближней пустынке. Огорченный мыслию, что недостоин исцеления, я выпил немного воды из источника и пошел по тому же направлению. Немного пройдя, вижу я отца Серафима стоящим на камне и молящимся с воздетыми к небу руками. Немного вдали от него стояли молчальник Марк и иеродиакон Александр, как бы поджидающие его. И вот иеродиакон Александр говорит Марку: "Пойдем, отец Марко, старец-то как видно, промолится долго!" Ушли они оба, а я, прождав еще довольно времени, подумал, что я совершенно недостоин по моим грехам получить его благословение, и хотел было уже уйти, как вдруг явственно услышал говорящий мне голос отца Серафима: "Ты еще будешь в Сарове, а теперь ступай скорее в Дивеево к матери Александре, она тебя исцелит!"

Торопливо возвратясь в гостиницу, я сказал заведующему монаху: "Отец Николай, пусть вещи мои остаются здесь, у тебя, а я иду в Дивеево!" Тут же будто я пришел в Серафимо-Дивеевский монастырь и поспешно спросил старшую в гостинице, отошла ли обедня? На ее вопрос: что вам надо? - я отвечал прямо, что мне нужно отслужить панихиду на могиле матери Александры, и она меня исцелит!

Придя на могилу ее и положив три земных поклона образу на памятнике в виде кирпичного столба, внутри которого перед иконою теплилась лампада, я увидел, что половина могилы обрушилась сбоку и отстала гробовая доска. Сама мать Александра предстала предо мною, но без тела, а один лишь совершенно цельный скелет ее, кости которого походили на самый чистый янтарь, а из черепа струились три тока святого мира: один по середине лба, два другие по бокам из глазных впадин. Увидав все это, я воскликнул: "Матушка Александра, я болею, дозволь мне грешнику помазаться миром твоим!" При этом я взял немного мира пальцем и крестообразно помазал им свое чело, произнося: "Во им Отца, и Сына, и Святого Духа!" Миро потекло с чела моего по лицу и от чувства щекотания я очнулся.

Тогда я встал сам без помощи с постели моей и, к удивлению всех домашних, пришел к ним в другую комнату. "Как мне хорошо и легко стало! - сказал я,- сейчас я был в Сарове, старец Серафим послал меня в Дивеев к матери Александре, и вот там она меня совсем исцелила!" А пришедшему меня соборовать и глядевшему на меня в изумлении священнику я сказал: "К чему же мне собороваться? Вы видите, я и так совершенно здоров!" Но по совету священника я пособоровался и был так крепок, что во время соборования стоял на ногах и сам пел. Понятно, что доктор уже был мне не нужен, и я совсем отказал ему. Дав обещание сходить в Саров и Дивеев, я тут же, без всякой медицинской помощи совершенно поправился. Вот почему ныне вы видите меня. Я передаю вам произошедшее со мною чудесное исцеление во всеобщую известность".

По свидетельству мон. Серафимы Булгаковой первоначальница схим. Александра являлась в Царском Дворце в Петербурге Государю Николаю II и Царице Александре и творила чудеса.

Примечательное исцеление тяжкоболящей произошло в 1926 году, накануне закрытия Дивеевского монастыря. Вот рассказ об этом событии: "Сестра моя, жившая в то время с мужем, сыном и моей матерью, тяжко захворала брюшным тифом, осложнившимся воспалением легких. Грозные явления на втором месяце болезни нарастали с каждым днем, сердце сдавало и впрыскивания через каждые два часа уже почти совершенно перестали оказывать свое действие. Врачи стали подготавливать уже и мать к неизбежному исходу. Я был срочно вызван телеграммой. С невероятным трудом удалось вырвать мне на службе всего только один день отпуска, и я приехал к умирающей сестре.

Приехав, я застал такую картину: бессознательное состояние, все тело сплошного синего цвета, вследствие падения деятельности сердца, хрипы и клокотания в легких, т. е. полная картина начинающейся агонии.

Я немедленно взял немного привезенной с собой воды из источника преподобного Серафима и, прочитавши, как меня учили в Дивееве, три раза "Отче наш", три раза "Богородице" и один раз "Верую", погрузил в воду камешек Преподобного. Затем с трудом разжав запекшийся рот, влили несколько чайных ложечек. Слезно молилась и мать, взывая к Преподобному. И что же! Буквально через несколько часов больная пришла в сознание, открыла глаза, узнала меня, хотя не могла говорить от слабости, и только слезы на глазах говорили о том, как ей трудно. Дыхание стало гораздо спокойнее, начала отделяться мокрота. Я снова стал поить ее святой водой. Ночью я был вынужден уехать обратно.

На другой день у меня - поразительный сон! Там, вдали, на горизонте зловеще полыхнуло страшное зарево, охватившее полнеба. На переднем плане, спиной ко мне, стоит преподобный Серафим напротив него - первоначальница Дивеевская Агафия. Длинный ряд инокинь подходит по одной к ним, и оба они как бы приподнимают каждую, помогая оторваться от земли, и они уходят в небо. Неожиданно, сбоку, к Преподобному приближается моя сестра, и Преподобный, обернувшись и взглянув на нее, произнес: "Еще не готова!" - и сестра уходит.

Вслед за этим больная выздоровела.

Матушка Александра не оставляла и Дивеево. Когда после службы в Казанской церкви протоиерей Василий Садовский обдумывал детали ремонта храма, в алтарь вошла матушка Александра, несмотря на то, что после ее кончины прошло много времени. Отец Василий ни на секунду не подумал, что ее нет в живых, и они три часа обсуждали, как и что делать. И только когда видение кончилось, отец Василий понял, что это было чудесное явление.

После закрытия монастыря в 1927 году в Дивееве оставалась только Казанская церковь. Последним дьяконом был Михаил Лилов. У него была большая семья, а жить и служить становилось все труднее. Отец Михаил уже решил было снять с себя священный сан. И вот, когда он находился в Казанской церкви, ему явилась первоначальница матушка Александра. После этого он изменил свое решение. Отец Михаил до самой смерти горько оплакивал свое малодушие. В Великую Среду за Литургией Преждеосвященных Даров он не мог читать Евангелие о предательстве Иуды, захлебываясь от слез. Диакон Михаил мученически погиб в Арзамасской тюрьме на Пасху 1938 года.

Проживающая в настоящее время (в 2000 году) на покое в Серафимо-Дивеевском монастыре инокиня Е. сообщает пример чудесного исцеления ее по молитвам матушки Александры. В возрасте немногим более 20 лет (в настоящее время ей 75 лет) она тяжко заболела.

Недуг длился несколько лет. Помощь от врачей была безрезультатна. Родственники были готовы к ее кончине. Однажды во сне ей явились три монахини, одна из которых повелела ей идти в Дивеево. После этого она поспешно стала поправляться и даже могла пойти работать в лес. Окончательно выздоровев, она пошла в Дивеево и рассказала одной из монахинь бывшего Дивеевского монастыря о своем сне и та ей показала икону, по которой она узнала, что ей являлась первоначальница схим Александра. Монахиня отвела м. Е. на могилку матушки Александры, рядом с которой были похоронены и те две сестры, которые являлись во сне. Всю жизнь м. Е. молилась матушке Александре и приезжала на все памятные дни в Дивеево, работая соборной просфорницей в г. Арзамасе. Когда открылся Серафимо-Дивеевский монастырь, в 1993 г. в Арзамасе на празднике Воскресения Словущего, она подошла к матушке игумений Сергии с просьбой взять ее в монастырь, говоря, что так ей повелела первоначальница матушка Александра. Мать игумения ответила, что нужно ей молиться, чтобы открылась при монастыре богадельня, и тогда она может быть принята.

Через 5 лет Серафимо-Дивеевскому монастырю был передан под подворье разоренный ансамбль Смоленской церкви г. Арзамаса с богадельней около дома где жила мать Е. По приезде игумений в Дивеево осмотре переданных зданий староста Воскресенского собора предложил зайти к местной молитвеннице, в которой матушка узнала бывшую просфорницу Собора, уже постриженную в иночество. Она читала иноческое правило и удивилась, когда увидела перед собой игумению Серафимо-Дивеевского монастыря. М. Е. снова рассказала о сне, исцелении и благословении мат. Александры проситься в Дивеевский монастырь. Матушка игумения благословила собираться в Дивеево. Так она стала насельницей Дивеевской обители.

Деревянная келия матушки Александры, поставленная при церкви Казанской Божией Матери, в которой она жила и скончалась, дабы сохранить ее навеки, была в 1873 году обшита тесом, а затем в 1886 году покрыта деревянным, наподобие футляра, двухэтажным корпусом. В ней были сосредоточены все сохранившиеся вещи первоначальницы, как-то: явленная ей икона первомученика архидиакона Стефана, живописная икона Похвалы Божией матери, копия с иконы Казанской Богоматери, живописный портрет саровскаго старца игумена Назария, фарфоровая белая с розами лампада, деревянный стол ее, самый первый живописный портрет матери Александры, сходство с которым удостоверяла ее послушница и сподвижница Евдокия Мартынова, и еще ее портрет, скопированный дивеевскими сестрами, замечательный тем, что не только сестры обители, но и посторонние лица видели, как он по временам как бы оживал, менялся цветом лица, улыбался, глаза блестели или, наоборот, делались суровыми, грозными и тускнели, в зависимости от того, какой человек входил в келию. Этот портрет по бывшим при нем исцелениям считался в обители чудотворным.

Приводим рассказ дивеевской монахини Емилии.

"Побывали как-то в корпусе молодые супруги. Молодая госпожа была какая-то странная, похоже, одержима злым духом. Мы ее подвели к портрету матушки, она поцеловала, и, закричав, стала падать. Подхватив, отнесли ее на матушкину лежанку около печки, там она затихла, как бы уснула. Пролежав некоторое время, поднялась и стала совершенно здоровой, бодрой, радостной. Сказала: "Теперь все прошло!" Да это и видно было, и они начали от радости неудержимо плакать и рыдать; благодаря матушку Александру за исцеление. Плакала и я с ними,- продолжала матушка Емилия,- говорю им: "Теперь идите, будете читать в знак благодарности житие матушки". Оно было короткое, в синем бархатном переплете с золотым крестом. Не могли дочитать до конца, хотя и читали попеременно, слезы душили их. Воистину портрет этот матушкин быт чудотворным".

Помимо портрета, была в обители и большая житийная икона матушки первоначальницы, написанная художницей Ниной Никаноровной Казинцевой. В центре иконы была изображена первоначальница, во многом повторяя тот образ, что украшал ее келию и считался чудотворным. Житийные сюжеты, а их было шесть - вверху явление Божией Матери Агафии Мельгуновой в Киеве (на фоне Великой Лаврской церкви матушка коленопреклоненно получает благословение от Царицы Небесной на основание Четвертого удела Пресвятой Богородицы). Наверху справа - явление Царицы Небесной в Дивееве, у паперти деревянной церкви. В среднем ярусе слева - на фоне Казанской церкви, около келий матушки, она учит крестьянских детей вере в Бога. Справа - в темной келейке матушка молится у большого Распятия. Пятый сюжет - матушка получает икону первомученика Стефана, в честь которого она устраивает придел в Казанской церкви. Последняя житийная картина - в крохотной спаленке матушки, лежащей на смертном одре, на коленях предстоят инок Серафим и игумен Пахомий. Матушка поручает своих сирот преподобному Серафиму.

По свидетельству сестер первой общинки, переданному протоиерею отцу Василию Садовскому, и также согласно показаниям священника обители отца Александра Филиксова, все жившие при Казанской церкви священнослужители и многие другие видели по ночам на могиле матери Александры огонь и горящие свечи, по временам слышали необычайный звон, а некоторые ощущали необыкновенное благоухание, исходящее из могилы ее. Затем в могиле слышалось какое-то журчание, и поэтому сложилось поверие в народе, что источник, открывшийся под горою, исходит из могилы матери Александры. Он назывался "ближний источник матушки Александры".

Этот источник был у реки за дорогой, напротив Казанской церкви. Когда в советское время сделали дамбу и водохранилище, вода покрыла источник. Вниз по реке на юго-западе освятили другой источник, где и теперь набирают целительную воду.

По тропинке вдоль реки можно дойти до дальнего источника матушки Александры. Великая старица сама вырыла его для утоления жажды рабочих, добывавших известковый камень для созидаемой ею Казанской церкви. По преданию, на источнике местные жители молились в засуху о даровании дождя. Народ считал этот источник целебным и приносил купать в нем больных детей. В XIX веке там построили часовенку. По находившейся в ней иконе Иверской Божией Матери источник получил название "Иверский".После разгона Дивеевского монастыря в 1927 году келия матушки Александры, как и могила ее, были уничтожены, и на их месте устроена площадь, залитая асфальтом.

Только в 1991 году после произведенных археологических раскопок могила матушки Александры была восстановлена по уцелевшему под асфальтом фундаменту часовни. На могиле был установлен деревянный крест.

Честные мощи первоначальницы матушки Александры были обретены в праздник Воздвижения Креста Господня 26-27 сентября, 2000 года перенесены в Рождественскую церковь, где и почивают, как предсказывал великий старец Преподобный Серафим.

Молитвами преподобной матери нашей Александры Господь да помилует нас. Аминь.

Тропарь, кондак и молитвы смотрите по ссылке:

http://club-vozrojdenie.ru/publ/prepodobnye/prepodobnaja_aleksandra_diveevskaja_melgunova/97-1-0-1444



Источник: http://voskresprihod.by/aleksandra_diveevskaja.html
Категория: Преподобные | Добавил: Vladimir (25 Июн 2016)
Просмотров: 99 | Теги: четвертый удел Божией Матери, первоначальница Дивеевской, Преподобная Александра, Небесная Царица, богородица, Серафимо-Дивеевская обитель | Рейтинг: 5.0/2

Всего комментариев: 0
avatar
Форма входа
Мини-чат
Почта
Логин:
Пароль:

(что это)

Клуб работает благодаря вашим пожертвованиям.

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:
Рассылки Subscribe.Ru
Лента "Душеполезное чтение"
Рассылки Subscribe.Ru
Лента "Возрождение"
Рассылки Subscribe.Ru
Лента "Форум клуба"
   

Общество друзей милосердия
статистика
Besucherzahler femmes russes a marier
счетчик посещений
Сервер 'Россия Православная'
Православный Топ. Рейтинг православных сайтов Яндекс.Метрика Счетчик тИЦ, PR и обратных ссылок